Сумерки - борьба за вечность

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Сумерки - борьба за вечность » |Дома| » Усадьба Рутул


Усадьба Рутул

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

Усадьба Рутул

Румыния. город Васлуй

0

2

Начало игры.
Он любил машины, полюбил с их создания. Он помнил, с каким шумом можно было прокатиться по мощенной камнем дороге, пугая прохожих и уличных собак. Старики кидались в железного монстра, чем под руку попало, и сразу принимались креститься, а дети восторженно шептались вдали, побаиваясь, как бы кто не услышал из взрослых. Скорость тогда была черепашья в сравнении с машиной двадцать первого века, но это не мешало с восторгом и замиранием переключать металлические рычаги. Он всегда разгонял машину до предела, но сейчас ехал медленно, то и дело мимо него мчались гудящие разозленные медленностью водители других авто и крутили ему у виска, когда ровнялись с ним на обгоне.
Ему было все равно. Он боялся, он не видел ее несколько веков. Ни жажда встречи, ни тоска по ее улыбке не могла все же побудить его надавить на педаль. Информация о том, где найти ее, стоила ему краткое мгновение саднящей боли суставов в ладонях и известия о том, что он вернулся. Это не было хорошей новостью, Старшие могли не очень уж этому и обрадоваться. Слишком внезапно он ушел, оставил клан после его разгрома, это могло стоить ему в будущем жизни.
Тит знал, сестра порвет его на месте, даже не даст  молвить слова, и ему очень повезет, если это будет не так. Он точно знал, что к нему не бросятся на шею, не скажут как скучали. Авилия была не такой. Тит понимал, как никогда сейчас, чего он хочет, была вера, что постарается, во что бы то ни стало, добиться этого. Но также представлял, что слишком сильно замечтался в свое отсутствие.
Судя по карте, он был совсем рядом. И чем ближе он был, тем сильнее душа или что там от нее осталось, трепетала как у маленького ребенка перед близостью дня рождения, когда уже вот-вот дадут ему его подарки и будет можно их развернуть. Тит искал слова, но не мог подобрать. Он мог сказать только, как скучал, как сходил с ума, но не мог, ради нее не мог быть рядом. Он верил, что она поймет его, пусть не сразу, но постарается. Поймет почему не получала известий, подарков и просто привета. Хотя в его багажнике лежал чемодан с письмами. А в кармане давно изготовленная деревянная игрушка ждала свою хозяйку. Каждая вещь создаваемая им несла в себе такой четкий отпечаток его воспоминаний о сестре, что ауру могли чувствовать одаренные смертные, наделявшие сразу такую вещь душой и говоря о том, что наверняка у ее владельца была сложная и яркая жизнь, хотя никакой жизни давно уже не было несколько тысячелетий.
В его отсутствие многое изменилось, менялись времена, и он боялся не узнать Ави, когда увидит ее, хоть и понимал, что став вампиров тогда, она уже никогда не изменится. Интересно ходила ли она в школу, ведь так заманчиво поучиться с новым поколением, что теперь она любит…
Правда, их взгляды на людей теперь отличались очень сильно. Он жил среди них, любил их искусство, религию, науки и все, что изобретали их пытливые умы, хотя в чем-то с каждым новым изобретением они возвращались в прошлое, далекое, бунтарское. Каждое новое поколение было отвязнее и шумнее предыдущего. Его любимой эпохой был расцвет средневековья, пускай точные года он и не мог сейчас припомнить, но он отчетливо как сейчас видел перед собой пышные балы, великолепные убранства, граничащие с грязными помоями простых улочек.
Из-за кроны деревьев уже виднелась крыша усадьбы. Тит сделал усилие и все ж добавил скорости. Он чувствовал ее. Ощущал неуловимый аромат ее кожи. Остановив машину, вампир неспешно направился ко входу. Каждый шаг давался тяжело, словно ноги залились свинцом, а он будто не был настолько сильным, что мог просто воспарить на встречу к неизбежному.
Он толкнул дверь, легкий ветер растрепал его волосы.
- Авилия! – его голос раздался в тишине дома, но он знал, она здесь, и она знает, что он пришел.

+3

3

Начало игры.

Четвертый день без единой капли крови, а все почему? Вот именно на этот вопрос Авилия хотела найти ответ и как можно скорее. Дело вовсе не в том, что девушка была вынуждена скрываться в своем доме, она могла спокойно выйти на улицу и убить первого попавшегося ей на пути смертного, утолив уже достаточно сильную, если не сказать большего, жажду. Но что-то сдерживало. Какое-то, знаете ли, мерзкое предчувствие надвигающегося события. Почему мерзкого? Потому что даже у столь древнего существа, как наша героиня, сводило желудок словно у молоденькой девчонки. Это ощущение нельзя было назвать волнением или страхом, просто предчувствие перемен, которых не было уже добрую сотню лет.
Совсем не сложно догадаться какое настроение было у белокурой красавицы и надо уточнить, что с каждой минутой оно ухудшалось в геометрической прогрессии. Черные глаза то и дело вглядывались в пейзаж за окнами усадьбы, стараясь различить хоть какие-то знаки, которые, в свою очередь, помогут разгадать коварный план судьбы. Ой, снова это слово...Судьба...Если вспомнить хотя бы половину из всех тех злоключений, которые были посланы этой ярой ненавистницей Рутул младшей, то станет понятно напряжение во взгляде, да и всем теле, чего уж мелочится.
Как и тысячу лет назад, статус и мнение в обществе играет несомненно важную роль и портить репутацию всего лишь из-за плохого настроения не хотелось. Итак, четвертый день добровольного заточения, четвертый день ни одно существо не видело нашего ангела, так же как и ангел не видел существ...и первый день полетов. А летали сегодня вазы и шкатулки, стулья и ящики комодов. Авилия рвала и метала из-за своего беспомощного состояния, а кому понравится чувствовать себя десятилетним ребенком, способного лишь созерцать и ждать, ждать и созерцать.
Ближе к полудню, явно пресытившись своим гневом, девушка смогла взять себя в руки, уж если и придется ждать неизвестность, то лучше это делать с наименьшими затратами сил, мало ли.
Приятная, расслабляющая музыка Шопена лилась из-под крышки рояля, что стоял посреди большого зала. Холодные пальцы соприкасались со столь же прохладными клавишами, словно сливаясь с ними в невесомом и почти неуловимом полете. И эта невесомость помноженная на легкую небрежность и отстраненность в фигуре вампира как нельзя лучше сочеталась с мелодией. С давних пор музыка помогала Авилии справится со своими чувствами, точнее она впитывала в себя все переживания, выплескивалась через край и разносилась по воздуху, достигая ушей тех, кто умеет слушать. А в самой девушке после этого оставалось лишь спокойствие и трезвость разума, вот только жаль что не при любой критической ситуации есть время на подобную "терапию". Чаще всего в этом доме можно было услышать именно Шопена, странным образом его мелодии точнее всего совпадали с душевными переживаниями барышни. Это сложно описать, слова просто бесполезны, нужно закрыть глаза и слушать...
Тонкие пальцы на мгновение взлетели над белоснежными клавишами и застыли, так и не коснувшись их вновь. Черные глаза, до этой минуты скрывающиеся под густыми ресницами,  резко распахнулись, а зрачки сузились. Столь знакомый и столь давно не ощущаемый запах достиг Авилии. Сколько столетий она ждала этой минуты, как долго продумывала свое поведение и все напрасно. Сейчас чувства вновь начинали захлестывать душу, если она конечно существует у таких как эта девушка.
Она слышала легкий шелест щебенки под колесами автомобиля и мягкие, почти что кошачьи шаги его ног, его вдох перед последним шагом...все это дурманило голову словно хорошо выдержанное итальянское вино. И вот дверь открывается, ОН называет ее имя...что может быть проще, чем кинуться к нему на шею и просто остаться так стоять пока солнце не сядет? Но нет, подобное может случится в очередной мыльной опере, но не здесь и не сейчас.
-Что-то ты задержался, мой милый братик, я ждала тебя к завтраку...несколько столетий назад.- слова едва слетали с бледных губ, но в чем девушка была уверена больше всего в эту минуту, так это в том, что Тит слышит каждую нотку ее голоса: язвительную, можно сказать пренебрежительную и отдающую холодным жаром, словно только что закаленный метал. Запястья, все еще находившиеся в воздухе, плавно изогнулись, а стоящая неподалеку ваза послушно передвинулась к краю стола, доживая свои последние минуты перед тем, как разбиться о только что вошедшего.

+2

4

Он вздрогнул, когда услышал ее голос. Так непривычно, ему казалось, что если, еще немного, хотя б будет отсутствовать, то сможет забыть его. С другой стороны Тит в это не верил, разве возможно забыть мелодичный звонкий смех или ее обидчивое бурчание маленького ребенка. Но сейчас вампир чувствовал, словно на него выливают и продолжают лить серную кислоту, которая въедаясь, уничтожала все телесное пытаясь пробраться внутрь и изничтожить все и там. Столько желчи и язвительности было в ее тоне. Тит не видел Авилию, но четко представил, как ожесточенно губы по очереди выстреливают словами как ядом.
Почему прожив на земле более тысячу лет, ты все еще уподобляешься глупым низменным чувствам, таким как обида, злость, ненависть и гордыня. Почему нельзя просто честно сказать и сделать то, что на душе. Зачем прятать это? Ты вечен, ты проходишь сквозь века дальше. Пора бы понять, что это все не приводит ни к чему хорошему. Так можно ранить, словом можно убить, хорошо, что вампиры не подвержены инфаркту, а то добрая треть явно бы давно сгинула. Почему когда ты бессмертен ты становишь только жестче, прячешься от всех внутри себя. Что за странная глупость не свойственная как таковым высшим существам. Мир и наслаждение гармонией видно на всей планете и во всем мире любил только Тит.
- Так вышло – он шел по направлению, откуда донесся голос. – Но мы можем пообедать, хотя сейчас скоро уже будет ужин. – его голос звучал тихо, мирно и даже грустно. Он не вкладывал в интонацию какое-то значение, скрытый смысл. Он всегда говорил спокойно, боясь придавать голосу краски, ведь кто знает, как его услышит и поймет твой собеседник.
Тит остановился. Все те же хрупкие плечи с выступающими косточками, тонкая талия. Она всегда была тонкой и хрупкой, иногда казалась ему болезненно худой, но не они выбирали себе свою жизнь на тот момент, как и сейчас. Ее волосы золотисто пшеничного оттенка кудрями  обрамляли тонкие черты лица. Ему нравилось гладить и перебирать эти локоны, мягкие и легкие. Его взгляд остановился на губах. Внутри что-то сжалось, и сжалось не по-братски. Тит быстро переместил взор на глаза. Темные, далекие и закрытые для него. Авилия не изменилась, да и не могло этого случиться разве что внешне, за внутреннее, он был меньше уверен, вспоминая последние дни, когда они были вместе.
Рутул заметил напряженную руку и вазу, парящую над фортепьяно. Но мысль о том, что сий объект предназначен ему, быстро сменил вопрос.
« - Стоп, фортепьяно? - » он был удивлен. Удивлен весьма искренне. Возможно, сестра все ж полюбила что-то, пока его не было. Раньше она больше любила лениться, чем учиться чему-то новому. Но если она видела, что кто-то делает что-то превосходно, она старалась изо всех сил его превзойти. Это был единственный стимул к ее знаниям.
- Поставь хрупкий предмет, прошу – Тит вздохнул – Ваза не виновата, что я вернулся.. –
Он заставил свое тело повиноваться ему и двинулся вперед. С каждым шагом расстояние сокращалось. Ему казалось, что все длится вечность, но едва прошло пару минут после слов Ави. Его рука легла на плечо сестры. Легка ткань разделяла его от возможности ощутить бархатную светлую кожу. Он ждал, ждал чего угодно, ему было все равно. Только дайте хотя бы сейчас насладиться мгновением.
Другой рукой, что была в кармане, он сжал вырезанный давно подарок на день рождение Ави. Перед ним разворачивались одинокие вечера, проведенные за тесаком и деревяшками. Он вспомнил, как когда ему что-то не нравилось, он уничтожал всю кропотливую работу один движением без единого сожаления. Он прикрыл глаза.
Вокруг словно все качнулось и стало приобретать другие формы. Стулья и мебель стали более похожи на причудливые старые дубы с огромной кроной тянущие свои ветви к земле от тяжести. За несколько секунд Тит и Ави оказались уже в темном саду. В саду перенесенным сознанием из прошлого, где Рутул первый раз пытался сказать, что чувствует на самом деле к сестре. Но вряд ли та поняла, что он имел в виду и пытался ей объяснить. Ваза приобрела образ выходящей из-за листьев луны. И можно было только опасаться пуфика от фортепьяно, ставшим скамьей.

+5

5

Он был как всегда спокоен и сдержан, Тит прекрасно знал, что именно такое поведение Рутул младшая ненавидела в нем больше всего. Только рядом с братом, девушка лишалась своей холодной маски, только наедине она не могла сдерживать эмоции и чувствовала себя беззащитной, слабой и именно такого же так хотелось видеть в ответ. Но нет, молодой человек не делал такого подарка...
Ощущение холодной руки заставило тело еле заметно вздрогнуть и чтобы скрыть это движение, Авилия резко встала на ноги, освобождая свое плечо. Глаза девушки ярко блеснули.
-Я сыта...твоим...- Фраза оборвалась на полуслове, оставив ощущение неловкости и незавершенности. Толи Ави сдержала слишком едкое слово, что бы не ранить брата, толи губы не решились высказать некое признание...
Это был удар ниже пояса, Авилия и представить себе не могла, что брат выберет именно этот момент и это место для их встречи. За время разлуки, девушка давно вычитала в древних книгах о способности, что чуть не погубила ее, но она и представить себе не могла, что все будет выглядеть так реалистично. Все тело словно парализовало, руки безвольно опустились, а глаза скользили от дерева к дереву, оглаживая гладкие стволы, пробегаясь по каждому зеленому листку. Ощущение злосчастной вазы еле теплилось на кончиках пальцев, неужели его умение настолько превосходит по силе ее?
-Ты всегда умел обманывать меня. С самого детства. Сначала говорил, что все будет хорошо, а теперь и вовсе водишь меня за нос, окутывая никчемными миражами!- Голос белокурой бестии звучал напряженно, ей с трудом давалось не перейти на беспомощный крик, но все же давалось, не подобает тысячелетнему вампиру вести себя как смертная девчонка. С каждой секундой воспоминания захлестывали девушку с новой силой, а может это вовсе не сон? Быть может все эти сотни лет были просто дурным кошмаром и вот, Тит наконец разбудил свою сестренку? Ах, если бы подул легкий ветерок,  вампир слепо поверила всему этому безоговорочно, всей душой, как бы смешно это не звучало. Но ветерка не было...не было запаха влажной травы, это всего лишь магия.
Руки взметнулись по воздуху, стараясь разогнать яркие краски сада, но безуспешно. Это подвластно только Титу, он владеет ситуацией целиком и полностью. Наверняка он ни один раз представлял именно этот момент, различные варианты реакции девушки и продумывал наиболее подходящее поведение для себя самого. Авилия попалась словно птичка в клетку.
Усмехнувшись всем этим мыслям, девушка двинулась в глубь сада. Легкое платье в пол, да, не смотря на то, что на дворе идет двадцать первый век, вампир любит одевать именно такие вещи, тихо зашелестело. Человеческое ухо едва ли может услышать этот звук, но для присутствующих здесь это не составляло труда.
-Мне здесь не нравится, никогда не любила тот сад...- Конечно Авилия немного лукавила, но теперь, потеряв из виду брата и сосредоточившись на самой себе, девушка наконец смогла вернуть голосу обычный тон, маска была одета и теперь у "пойманной птички" появился ключик от клетки.
-Может попробуешь еще разок? Ну же. Включи фантазию! За время пока ты еще был рядом мы успели побывать в тысячах мест, неужели ни одно не запомнилось?- Проходя между двумя дубами, девушка попала в просвет луны. Волосы окрасились новым цветом, словно вбирая в себе серебро царицы ночного неба, но Рутулу старшему не дано было насладится этим видом, еще пара шагов и Ави скрылась за очередным широким стволом.

+3

6

Обман, он ее обманывал... Ави была и оставалась неизменной представительницей женского пола. Переложение вины и ответственности – любимейшая из внутренних женских игр, конкурирующая разве только с игрой в «какая я несчастная». Перекладывая, они всегда найдут моральное оправдание тому, почему все не так и все срывается, и самобичевание отменяется. Тит понял эту истину уже на двухсотом столетии жизни, когда четко наблюдая смену эпох, не заметил перемен в людях. Мысли, которых были как камни на пляже, только кто-то уносил горсть, а кто-то забивал ими карманы, но никто не знал, что они были, и будут всегда принадлежать вечному океану. Однако Тит заметил, что понимает сестру, и возможно даже поступил бы также, покинь его сестра на пару тысячелетий.
-«А разве все было плохо?»– но чувства все равно были задеты, - «Ты получала все самое лучшее всегда и везде, и это касалось не только статичных движимых и недвижимых предметов.»–
Он понимал, что в равней степени как она его любит, так она его и ненавидит. Каждому хорошему чувству и понятию обязательно сопутствует его темный двойник, тень, внешне похожий, а порой даже более яркий. Улыбке – усмешка, терпимости – равнодушие, и список был бесконечен. И чем важнее чувство и главнее, тем больше у него теней.
Вампир смотрел на изгибы тела то теряющегося то появляющегося среди деревьев, смотрел на распущенные волосы отливающие серебром, а не привычным золотом. Как ни странно они были схожи во всем кроме цвета волос, брат был темным, сестра ж светлой, хотя на деле порой, кажется, что темный как раз таки самый младший потомок Рутул. Он тяжело вздохнул. Не любил парень все эти игры и уловки, ему проще было молчать с чужими, и радоваться или грустить с близким, правда последнего его память не припоминала давно. Хотелось сжать сестру покрепче, стиснуть, что есть сил и тряхнуть хорошенько, будто от этого старый механизм наладиться и все станет как прежде.
-«Не знал, что тебе не нравится это место, и даже интересно почему?»- ведь часто он ее заставал с книгой в своих мыслях в тени дуба, что возвышался над остальными деревьями и прятал свой ствол под тяжелой кроной. –«Но так и быть, я припомню еще кое-что…»-
Мгновение, и деревья стали сворачиваться, словно изнутри приобретая очертания огромных сухих потрескавшихся валунов, трава сменилась жестким щебнем. Луна обернулась палящим солнцем, в одну разницу с тем, что кожа вампиров не светилась как при настоящем дне. Они стояли на краю обрывка, которого каймой опутывала щуплая тропа, ведущая к основанию горы, а рядом вместо фортепьяно валялось тело. Один неверный шаг и ты летел в объятия покоя. Соответственно местные жители не оставили это место в покое не наделив ее своей историей. Историей романтичной как всегда и весьма печальной. Но не в этом была суть места. Тит тщательно копал в своих воспоминаниях, и это он думал, сможет задеть и разбудить что-то в сестре. Утихомирить гнев и добраться до того ребенка.
Прошло около пятидесяти лет с моменты их укуса. Они еще не знали: зачем - к чему - почему, но уже стали мириться с опьяняющей жаждой к животным убийствам себе когда-то подобных людей. Они заметили, что не стареют, а по меркам древнего Рима уже в двадцать Ави была б немолодой женщиной, а Тит и во все в свои годы слыл бы стариком. Но характеры еще не успели измениться, сестра была беззаботной девчонкой, а брат добрым и открытым парнем к ней.
Авилия была более жадной до убийств, делала это более хладнокровно, словно мстила каждому за что-то, и порой ужасая Тита в глубине души. И в этот раз, повстречавшийся путник на дороге, уже валялся рядом, а девушка стояла рядом и как-то обиженно смотрела на быстро стынувший труп. Рутул младшая с таким ожесточением еще пару минут назад раздирала ему горло, что накопленный в парне ужас выплеснулся наружу. Он впервые накричал на нее, оторвал от тела и с небрежностью швырнул в сторону. Она смотрела на него, как смотрят дети сломав что-то дорогое принадлежавшее родителю, сломав нечаянно и не чувствуя вины, не понимали за что их так не справедливо обижают. На ее губах еще поблескивали остатки крови, Тит подошел и виновато стер их пальцем. В его глазах была мольба о прощении и раскаянии, он и сам не понимал, что нашло на него.
«-Я не обижаюсь больше, и никогда не смогу на тебя обижаться долго. Я не смогу тебя ненавидеть или злиться на тебя. Никогда!»- она сама была так перепугана состоянием брата, что тут же принялась его обнимать и утешать.
-«Обещай!»- шептал он –«Обещаю!»
Рутул встряхнул головой отгоняя воспоминания. –«Что скажешь?»-

+1

7

Сколько раз за все эти столетия девушка прокручивала в мыслях миг их встречи. Первое время она представляла, что набросится на него, быть может даже всплакнет и ни за что не отпустит. Потом она ждала стука в дверь только для того что бы узнать за что он так с ней поступил? Неужели не было другого выхода? Почему не подавал никаких вестей о себе, хотя бы письмо...на рождество. Кстати говоря, как ни странно это звучит, но девушка любила именно этот праздник, хотя и не придавала ему того самого значения и подтекста, что кроется в умах людей. Все эти сказки о яслях и трех стариках с подарками не трогали ее. Просто Ави нравился снег, которого она не видела в свой человеческой жизни, которого она жутко испугалась, увидев в первый раз. Но как и многие другие сильные чувства, жуткий страх и непонимание переросли в любовь. Снег ей напоминал саму себя. Такой белый и блестящий на солнце. Твердый, практически не сокрушимый, если его помять в руках и в тоже время хрупкий при умелом обращении. Брат не знал об этих ее мыслях, об этой любви...и наверно это была одна из немногих тайн, в которые он был не посвящен.
Спустя тысячелетие Авилия твердо уверила себя в том, что она приложит все свои силы, что бы при встрече убить Тита, убить быстро, без всяких пафосных мучений и издевательств, она же выше этого, она не какой-то босяк с улицы, она Вампир, она избранная. Именно эти мысли ей вдолбили в голову приближенные "подружки". Девушка считала, что для Рутула старшего сама смерть от родной сестры будет достаточным наказанием за свершенное, поэтому не стоит марать руки лишними усилиями.
А спустя еще какое-то время мысли и чувства наконец смешались и привели в полное смятение нашу красавицу. И конечно же именно в этот момент брат вернулся, словно он чувствовал и выжидал наиболее подходящего момента, для себя конечно.
Если честно, все факты и слова, которые Тит сейчас пытался донести до девушки, явно задетый выпадами за живое, практически не доходили до ее ушей. Ави, уйдя из поля зрения брата, а заодно и его потеряв из виду, полностью перенеслась в свои воспоминания, начала взвешивать все за и против каждой своей вышеупомянутой реакции. Он был от части прав...девушка действительно была счастлива рядом с братом, он был для Авилии всем, как и она для него...
Неужели любовь перевесила? Глубокий вдох и вот сейчас она готова броситься в объятия Тита, но новая мысль успевает пронзить мозг, словно яркая молния небо. И вновь тонкие пальцы сжимаются изо всех сил, а лицо становится гладким и не выражающим никаких эмоций. Слишком гордая, слишком обиженная, слишком...боящаяся новой разлуки и поэтому намного проще не подпустить брата, оставить все на своих местах.
Сама не осознавая, Авилия ждала толчка, какого-то события, которое не оставит ей выбора, которое заставит ее принять другое решение, именно заставит. Да, столь сильная, властная и независимая с другими, здесь девушка превращалась в пугливую маленькую девочку, которая уже давно решила что хочет сделать, но не желающую принимать решение, боящуюся ответственности. И, словно услышав эту беззвучную мольбу, Тит подарил этот толчок.
Так усердно сберегавшая все воспоминания связанные с братом, именно это, поистине важное и значимое, Ави забыла. И сейчас, вдруг увидев его со стороны, словно на экране кинотеатра, потеряла все силы на сопротивление. Она ведь действительно обещала. И делала это не ради того, что бы успокоить брата, не ради его душевного равновесия, а просто потому, что ее сердце подсказывала именно такие слова.
Каждый шаг на встречу брату был легким и одновременно наполненным свинцом, непередаваемое ощущение. Она наконец простила его, но это прощение далось ей хоть и быстро, но слишком тяжело. Но она смогла! Она отпустила...вся эта буря эмоций и отражалась в темпе ее шагов. Наконец между вампирами осталось расстояние в один шаг, последняя преграда. Девушка смотрела прямо в глаза около минуты и это время казалось вечностью. Наконец тишину разорвал звонкий звук пощечины. Теперь она действительно распрощалась с прошлым и можно начинать новый день.
Холодные руки обвили шею Тита, заставляя его чуть нагнуться. Тонкое тело девушки натянулось как струна и прижалось к брату. -Обещаю!- Прошептала Авилия, касаясь губами его скулы.

+3

8

Тит смотрел на нее в упор. Разглядывал, запоминал,  пытаясь запечатлеть новый образ своей сестры, живущий в этом веке. Ему так бы хотелось посмотреть, какой прекрасной она была, например, в эпоху ренессанса, он точно знал, что Ави являлась самой восхитительной красивой гостьей на балах. Хотя ходила  ли туда сестра или нет, он не знал.
Лишь  в начале двадцатого века, он видел фотокарточку с младшей Рутул. Это был один из немногочисленных раз, когда вампир посещал Румынию, мало того раскрыл своему «заказному» воришке все тайны их древнего рода для успешной работы и расплатился после всего смертью, дабы никто не узнал. Рутул хранил в памяти образ с карточки и теперь сравнивал, отмечая про себя, что такая, какая сестра сейчас ему роднее и ближе.
Тит заметил, что своими действиями ему удалось смутить вампиршу, а может лишь хотел в это верить. Последние годы пока он еще жил в клане, Тит все чаще не мог предугадать мысли или настроение Авилии. С каждым днем он ощущал возле себя чужое новое и непонятное существо. Ему становилось иногда страшно, и его разум предпочел отговориться для самого себя, что очень устал. Но сейчас  уверенность возросла как никогда. Вампир был настроен понять стоящую перед ним девушку до конца, ведь не может так случиться, что две родные изначально при жизни души стали дуг для друга недосягаемы.
Он замел, как сестра сделала шаг, а может это просто снова мираж. Хотя, что это за феномен ему было известно, сильное желание видеть то чего нет, видеть или слышать, но не иметь возможности ощутить физически. Он жаждал про себя видеть, как она пойдет к нему на встречу и обнимет его, скажет, что все хорошо. Мысли пронзила неприятная боль, оставившая след памяти на его щеке. Тит машинально хотел потереть место ушиба, но стоял, замерев перед взглядом Авилии. Рутул не заметил, как она оказалась так быстро подле него, потерявшись среди своих переживаний и мечтаний.
Будь он человеком, от перенапряжения, скорее всего б заработал нервный тик или обморок, но его охватило другое чувство, легкое и воздушное, когда две невесомые руки обвили его шею, заставляя слегка склониться вниз. Он чувствовал, как вздымается от дыхания прижатая грудь, как щекотят кожу пушистые золотистые локоны. Обняв сестру за тонкую талию, Тит сильнее прижал ее к себе.
Его пьянил аромат, исходящий от Ави, холодное дыхание. Он мог бы стоять так вечность, но его разбудило легкое прикосновение губ. Тит улыбнулся.
- Поможешь мне разобрать вещи? – Рутул старший виновато посмотрел в пол, - мой дом еще не  готов, - ему не хотелось ее стеснять своим присутствием, просто купил рядом полуразваленный особняк еще год назад, но его так и не успели отстроить.
В то же время комната, в которой они были, снова приобретала родные для себя черты. Пианино, зеркала, стулья, только ваза покоилась в виде осколков на полу, забытая в подвешенном состоянии несколько минут назад.
- Мне стоит отпустить тебя, иначе от радости я сдавлю тебя еще сильнее, ты окажешься под угрозой сломанных ребер – Тит, широко улыбаясь, опустил руки.
Он давно не был так счастлив, и все отдал б лишь это не закончилось больше никогда.

+2

9

Их сглатывают последняя тьма и последняя тишина уходящей ночи.

Как можно найти адресат, который ищешь достаточно приличное время, но никак не можешь наткнуться даже на ведущую к нему улицу? Самый быстрый вариант это спросить у почтальона, который работает в этом районе. Он с легкостью определит направления, а главное сможет указать точные координаты место расположения данного адресат. Словно будет являться спутником, который каждую минуту сканирует местность. Но если подобного человека не найти, то остаются соседи, которые обитают рядом с адресатом. Но как можно найти нужный дом, когда он находится в глуши, до которой не каждый рискнет добраться? Чутье будет являться в данном случае единственным помощником. Именно ему вампир и доверился, когда отправился искать двух бывших сокланавцев. Он смутно помнил место расположение их поместья, но интуитивно двигался в том направление, которое казалось более менее правдоподобным и верным.
Он уже несколько часов стоял на газоне перед домом и всматривался в картину, которая предстала перед его глазами. Брат с сестрой снова встретились и теперь устраивали семейные «разборки». Вампир отчетливо слышал каждое их слово, отчетливо видел каждое их движение. Но долго ждать он не мог, ему предстояло найти остальных вампиров, чтобы привести их в замок, в котором каждому удостоена приятная встреча.
Мужчина стянул шляпу с голову и открыл дверь, та с жалобным, но тихим, скрипом оповестила о том, что в доме появился «посторонний». Что заставило вампиров отвлечься друг от друга и посмотреть в сторону вошедшего. Мужчина прислонил шляпу к груди и учтиво поклонился, слегка улыбнувшись. Улыбка была больше похожа на оскал голодного зверя.
-Прошу меня простить за то, что врываюсь в вашу обитель. – его голос тих и спокоен, отдает небольшой хрипотой, что говорит о том, что он слишком долго молчал. Однако в спокойствие голоса сквозит некое надмение и толика ехидства, словно он принес им весьма «приятную» новость. Выпрямившись, он посмотрел сначала на Тита, потом на Аливию. Взгляд остановился на глазах девушки. – Думаю, чемоданы вас успеют дождаться. Пока они могут постоять в углу. – вампир перевел взгляд с Аливия на её брата. Губ коснулась довольная улыбка, которая разбавила оскал, представляя взору мягкую линию губ. – Владыка желает видеть вас у себя. – говоря эти слова, его голос стал громче, увереннее и сильнее, в какой-то степени можно было услышать нотки власти, но это можно было услышать, если начать прислушиваться к его словам.
Вампир опустил шляпу обратно на голову. Пальцы скользнули по краю поля, словно выпрямляя его. Снова легкий учтивый поклон и помещение заполняют глухие постукивания каблуков. Он оставил дверь открытой, говоря тем самым, что времени на раздумий нет. Они должны явится в замок прямо сейчас.

+2

10

Говорят, что люди глупы и не видят дальше своего носа. Как часто они принимают ошибочные решения, будучи уверенными в самих себе и не желающих слушать советы близких. И чем же тогда вампиры заслужили возможность называть себя высшими существами, если одна из древнейших представителей сего рода мгновение назад могла оступиться быть может на самом главном пороге своей бесконечной жизни.
Но как это обычно бывает, из забытья приходится возвращаться довольно резко и без предварительного предупреждения.
Тело еле уловимо вздрогнуло, чувствуя каждой своей клеточкой звук бьющейся вазы. И без того чуткий слух хищника обострился до предела, барабанные перепонки с усилием сократились, пытаясь защитить Авилию от звона десятков осколков. А затем наступила тишина.
-Не достроен?- Голосок зазвучал на полтона выше, словно подражая мелодии крошащегося стекла, а на самом деле лишь выражая удивление. -Это не обсуждается. Ты будешь жить здесь.- Для большей убедительности Ави соединила пару пальчиков на взметнувшейся руке в предупреждающем знаке и тут же застыла, превратившись в древнегреческую статую. Зрачки девушки изменили свой размер, а крылья аккуратного носика расширились от  глубокого вдоха. Новый запах, точнее запах, который витал в воздухе уже больше часа, но до сих пор не сумевший привлечь должного внимания. Вот это да, Авилия была просто в ярости от своей невнимательности. Разве может одно чувство радости, одно лишь ощущения того, что самое родное сердцу вернулось затмить всю остальную реальность? Около дома был чужак и кровь его была холодна, как осенняя ночь. Он не заставил себя долго ждать, не дал возможности поразмышлять над целью своего визита, все же не каждое столетие тут появляются вампиры без приглашения.
Скрип двери, ритмичный стук каблуков и сиплый голос заставили обернуться. Когда-нибудь это должно было произойти и видимо Мессир знал о возвращении Тита и теперь желал увидеть чету Рутул.
Лицо вампирши не выразило ни единой эмоции, она просто и с достоинством приняла известие. Вот уже второй раз за последний час ее можно было сравнить с мраморным изваянием. Изящные руки покоятся вдоль легких складок платья, такие знакомые черты... словно произведение Буонарроти сошло с постамента. Спокойно встретив столь внимательный и даже наглый до неприличия, каковым бы его посчитали несколько столетий назад,  взгляд, Авилия лишь усмехнулась в глубине души, как же надменны и тщеславны пешки, сколь важными они себя воспринимают.
В следующее мгновение, подхватив легкую накидку и удостоив брата мимолетного взгляда, девушка вышла за порог, направляясь навстречу прошлому.

Зал

+3


Вы здесь » Сумерки - борьба за вечность » |Дома| » Усадьба Рутул


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC